Аделия Петросян превосходно исполнила короткую программу на Олимпийских играх в Милане. 18-летняя россиянка не испытала никаких проблем ни с прыжками — двойным акселем, тройным лутцем и каскадом из тройного флипа и тройного тулупа, ни с другими элементами. Причём после пересмотров судьи вернули подопечной Этери Тутберидзе четвёртый уровень одного из вращений и подняли оценку до 72,89 балла, тем самым оставив ей хорошие шансы на попадание в сильнейшую разминку произвольной.
Первые десять дней олимпийского турнира по фигурному катанию успели приучить мир к самым невероятным катаклизмам: к слезам и порой истерикам проигравших, к нервным срывам безоговорочных фаворитов, к тому, что победа может оказаться настолько немыслимой, что в неё не верит даже тот, кто её одержал. Мы стали свидетелями драмы Ильи Малинина, поняли, насколько лояльным может оказаться судейство по отношению к ветеранам и жестоким — к новичкам. Всё это ненавязчиво подталкивало болельщиков к мысли, что лучше даже не загадывать, каким может оказаться на миланском льду дебют Аделии Петросян.
Для России 18-летняя девушка оставалась на вечер вторника едва ли не последней надеждой на олимпийский пьедестал. Для мира же она была всего лишь одной из участниц очень интересного турнира. Завоюет медаль — эта победа точно не станет более сенсационной, нежели та, что в мужском катании одержал Михаил Шайдоров. Ну а проиграет — это поражение не превзойдёт по эмоциональному накалу тот шок, в который погрузил фигурно‑катательный мир Малинин.
Рику Миура и Рюити Кихара стали олимпийскими чемпионами в соревновании спортивных пар на Олимпийских играх в Милане. Японские…
К тому же олимпийский дебют Гуменника довольно точно обрисовал перспективу: чего можно ждать от судей и, соответственно, на что рассчитывать.
С одной стороны, опыт Петра как бы облегчал Аделии задачу. Несложно было предположить, что фигуристку ждёт столь же жёсткая, но предсказуемая перспектива, в которой будет всё то, что в своём олимпийском выступлении пережил Гуменник: минимальные надбавки за элементы даже при идеальном их исполнении, минимальные (и вряд ли более высокие) оценки за компоненты, нежели те, что были в сентябрьской квалификации, необходимость возвращать в короткую программу пресловутый тройной аксель, о котором не раз упоминали сторонние наблюдатели, включая тренера фигуристки Этери Тутберидзе.
С другой, у Петросян имелась и дополнительная проблема. Её тренер, судя по всему, не случайно отмечала ещё до начала Игр, что подопечная, успев восстановить в первых числах января и аксель, и четверные прыжки, после нескольких тренировок оказалась не в состоянии выполнять эти элементы из‑за постоянных болей.
Возможно, тренер хотела таким образом подготовить болельщиков к тому, что результат Аделии в Милане может оказаться ниже ожидаемого. Но сама она прилетела в Милан ещё 2 февраля, оставив ученицу почти на две недели на попечение своих помощников в Москве, и со стороны казалось, что интерес тренера к спортсменке несколько пошёл на убыль.
Год назад, когда стало известно, что российские одиночники могут быть допущены к Играм в Милане, Петросян призналась в интервью «РИА Новости», что очень боится остаться в истории своего вида спорта только с российскими титулами.
«Вдруг форма уйдёт или у меня просто не будет возможности выступить на международном уровне. А значит, в международной истории спорта я буду никем. Как будто меня и не было никогда», — говорила двукратная на тот момент чемпионка России.
Фигуристка была так пронзительна в своей искренности, что без труда угадывалось: именно эта мотивация — дожить до Олимпийских игр и попытаться показать в Милане свой максимум — наиболее сильно толкает её вперёд, заставляя терпеть любые нагрузки, любые травмы и любую боль.
Оправдано это или нет, уже не имеет значения: на финишной олимпийской прямой мало кто вспоминает о недомоганиях. Об этом, как правило, не спрашивают даже тренеры, зная, что ничем уже не могут помочь. Тем более что фигуристке и без этого было невероятно тяжело: когда на всех углах твердят о том, что, начиная с Игр в Сочи, Россия ни разу не проиграла на Олимпиадах женское одиночное катание, это не может не давить. Это ведь реально страшно для любого спортсмена — стать первым, кто не смог.
На дневной тренировке во вторник, впервые выйдя на лёд главной арены Игр, Петросян сняла все вопросы относительно того, какой именно набор прыжков мы увидим в короткой программе. Без тройного акселя, но с каскадом «тройной флип — тройной тулуп» во второй половине программы. Оставалось только молиться, чтобы заявленный, отработанный до автоматизма контент был исполнен с максимально возможным качеством. И чтобы на это не закрыли глаза арбитры.
Короткая программа была исполнена на «отлично», а с ней и задача-минимум, о которой говорила Тутберидзе. Все непрыжковые элементы были засчитаны четвёртым уровнем сложности. Что интересно, второе из трёх вращений по ходу проката отметили третьим уровнем, но после пересмотра оценку подняли на 0,39. Точно так же, правда, на сотые, её подняли за тройной лутц и за финальное вращение. То есть, ощущения, что российскую спортсменку судьи начнут обгрызать со всех сторон, не было даже близко.
Конечно же, ни в какое сравнение с теми баллами, что Аделия получала внутри страны, результат не шёл. За технику в Милане она получила 40,44, за компоненты 29,15, при том, что на чемпионате России в декабре вторая оценка составила 37,54, а общий результат (правда, за программу с тройным акселем) — 86,52.
Ну а дальше оставалось только ждать, как откатают главные соперницы и хватит ли 72,89 для того, чтобы оказаться в сильнейшей разминке.